Многим на Украине, да и в Российской Федерации, известна история смелой женщины Светланы Пикты. Вот уже год эту молодую, но многодетную мамочку травят нацисты за то, что она публично отказалась участвовать в сборе гуманитарной помощи для «воинов АТО», который был объявлен в школе, где учатся её старшие дети.

За это время сотрудничающая с СБУ организация С14 пыталась вторгнуться в квартиру Пикт, расклеивала в пределах квартала её портрет как «врага Украины», устраивала «флэшмоб» во дворе их многоэтажки, параллельно с тем же СБУ «проводила воспитательную работу» в институте детской радиационной медицины, где Вадим Пикта является ведущим сотрудником, подлавливала и самого Вадима во дворе (он тоже, кстати, заявил в школе: «Никто не смеет заставлять моего ребёнка писать письма людям в армии, которые утюжат мирное население Донбасса»).

Увы, история семьи Пикт не закончена, и счастливый конец пока даже не просматривается. Во многом — стараниями непробиваемого бюрократического корпуса РФ.

«Мы — не эмигранты!»

Пару месяцев назад Светлана родила двойню — четвёртого и пятого ребёнка. Ещё во время беременности она стала задумываться о переезде в РФ. Особенно — после того, как по предложению одного из её многочисленных подписчиков в соцести отдохнула с детьми в российской провинции.

Кстати, за её очень популярные в YouTube видеорепортажи, где эта самая глубинка предстаёт не «днищем Мордора», а — по сравнению с украинским селом — вообще чуть ни не раем, бандерложий вой усилился в интернете ещё больше.

С Вадимом мне удалось перекинуться парой слов, когда мы участвовали в защите Десятинного монастыря от тех же бандерлогов. И как он мне пояснил, переезд в РФ, это вопрос не только элементарной безопасности.

Они со Светой не верят, что им удастся уберечь детей от атмосферы всеобщей ненависти ко всему русскому и православному, особенно — в сфере украинского образования.

И вот в сентябре они подали заявление на участие в программе по переселению соотечественников.

Но вскоре в «фейсбучной» хронике Светланы стали появляться грустные нотки.

И вот последнее:

В комментариях некоторые подписчики, особенно из заслуженных патриотов Украины (они же — нередкие гости на российских ток-шоу) стали подзуживать вроде того, что «вы там не Депардье с Монсонами — простые русские России не нужны, замучаетесь пыль глотать».

— Сразу скажу, «вы там никому не нужны в России» — точно не про нас, — начинает разговор Светлана.

— Я могу показать тысячи писем из разных уголков Российской Федерации от Владивостока до Калининграда и от русских эмигрантов по всему миру.

Люди собрали нам подъёмные на счет моей подруги из Москвы, помогали средствами на роды, на документы… Горячо участвует в нашем переезде семья журналистки Юлии Витязевой, дружеская встреча с которой в Москве (а мы подруги) была названа ещё одной из причин травли нашей семьи.

Огромную помощь для нашего переселения оказал «Первый канал», в частности редакция программы «Время покажет». Они подключили к нашей ситуации высокопоставленных чиновников и депутатов Константина Затулина, Александру Докучаеву, Александра Шерина. Также поддержку оказывает канал «ПолитВера».

Так что «русские своих не бросают» — не пустая фраза. Низкий поклон тем смелым журналистам из Украины, которые привлекли внимание к нашей ситуации юристов и правозащитников Елену Бережную, Елену Бондаренко и Елену Лукаш, а те уже в свою очередь — международные организации.

Особую признательность также хочу выразить моему адвокату Светлане Новицкой.

— И, тем не менее, в последних ваших интернет-постах не только благодарность.

— Конечно, мы не замалчивали наши проблемы. Но все эти бюрократические мытарства — не нытьё, а сухая констатация фактов. Мало того, я надеюсь, что наш пример как-то поспособствует устранению этих бюрократических вилок.

— Ну, эмиграция на Руси всегда была проблемным предприятием…

— Я настаиваю, что это переезд, а не эмиграция.

— Что ты вкладываешь в это подчеркивание?

— Я так и не смогла стать сепаратисткой и отделить Украину от России в своём сердце. Не вижу принципиальных отличий в менталитете, да и история у нас до 1991 года — общая.

Хоть я и не могла по возрасту голосовать против развала Союза, но до сих пор помню боль, которую я, 12-летний подросток, тогда испытала из-за разделения.

Для людей, попавших в силу своих убеждений в сходное положение (когда их жизни и здоровью угрожают неонацистские группировки), первое и главное препятствие — отсутствие возможности получить в России политубежище. Вот Игоря Гужву, например, упрекали в том, что он отправился в Австрию. А разве мог он поступить в его ситуации иначе? Нужно было быстро решать. Ему ведь угрожали не шавки разные, а лично руководители силовых ведомств.

Поэтому самым быстрым путём получения гражданства РФ является программа по переселению соотечественников. Некоторым людям по ней удавалось получить гражданство за «каких-то» 9 месяцев. Но нам почему-то пока не особо везёт.

В этой программе три этапа: сначала ты обладатель книжки переселенца, затем — справки о разрешении на временное проживание (РВП) и наконец — паспорта гражданина РФ.

Нас «срезали» на первом же этапе. Отослав все документы и сделав все необходимые переводы (что обошлось в 2 тыс. гривен), мы получили отказ от области, в которой у Вадима была наибольшая вероятность получить работу по специальности (физик-радиационщик). Когда он сообщил мне это по телефону, я не смогла сдержаться — зарыдала прямо в маршрутке. Но мне простительно — я тогда была беременна.

— И это на фоне и без того не способствующей спокойному протеканию беременности обстановки.

— Я была уже на 7 месяце, когда пришёл отказ. Это стало ударом для нас — мы надеялись укрыться в России до рождения двойни. Срочно подключилась редакция «Время покажет». Нардеп Александра Докучаева добилась положительного ответа уже от другой области, а её коллега Александр Шерин заручился поддержкой Минздрава: меня должен был принять лучший перинатальный центр России — центр Кулакова.

Но, видимо, из-за переживаний роды случились раньше — я родила на 6 дней раньше официального ответа из Минздрава.

— Зато, как знают ваши подписчики, роды прошли легко и успешно, слава Богу!

— Да, все прошло невероятно благополучно, учитывая все факторы. Меня готовили к кесареву, но благодаря нашему славному мэру, в который раз удивившемуся зимним снежным заносам, мы добрались до роддома лишь за час до рождения первого ребёнка. А через 35 минут родился второй.

— То есть, времени на подготовку к операции у врачей не оставалось?

— Именно!

— Но, несмотря на все новые радости, а ещё больше заботы, волокита вас, как видим, не отпускает.

— После получения книжки переселенца мы стали собирать документы на РВП. Здесь хочу поделиться печальным опытом — если ты делаешь переводы не в техбюро, где тебе указали в консульстве — они не проходят, и ты теряешь деньги. Цепляются вообще ко всему. К примеру, моё первое заявление на РВП не прошло, потому что — держитесь за стул! — я перечисляла смену своей фамилии не с новой строчки, а через запятую.

Затем наступил черёд сбора справок: о несудимости, об отсутствии проказы (это очень редкая болезнь) и сифилиса, сертификат об отсутствии ВИЧ, об отсутствии туберкулёза, о том, что ты не наркоман. И если мы с мужем, немного помучавшись, собрали все их в разных концах города (всё платно, разумеется), то сделать эти справки детям оказалось невозможно.

На сегодняшний день могу с уверенностью сказать, что требования Консульства РФ в Киеве к справкам детей НЕВЫПОЛНИМЫ.

У меня стоит регистратор звонков, и я могу предоставить ответы Городского кожвендиспансера, районного кожвендиспансера, Детской городской кожвенбольницы, Киевской городской лаборатории особо опасных инфекции — везде нам ответили отказом брать такие анализы у детей. По совету Федеральной миграционной службы региона вселения мы попытались сделать справки на основе отсутствия этих заболеваний у родителей — тоже отказ.

— Но это же, по сути, тупик. Крушение надежд.

— Что делать будем дальше, пока не знаем. Наверное, будем подавать на РВП детям уже в регионе.

Знаете, мы только на середине пути, но, как говорят знатоки, самое страшное впереди. Регистрация по приезду! Это фактически неразрешимый бюрократический момент.

Смотрите, ведь мало кто приезжает сразу в свою квартиру. Как правило, сначала перебиваются на съёмном жилье. А зарегистрировать семью из семерых человек, из которых 5 несовершеннолетних, как мне говорят, шансов почти нет. Думаю об этом со страхом.

— Не жалеете, что ввязались?

— Будущее детей стоит того. И где-то в душе я даже рада всей этой нацистской травле — появился мощный стимул переехать.

— Что, и раньше подумывали?

— До майдана, да и пару лет после — и не думали. Здесь наши корни, здесь исток Православия на Руси… Даже несмотря на стремительное падение уровня жизни, не хотели уезжать…

Мы могли бы уехать в ЕС. Получить политическое убежище, предоставив наши многочисленные заявления и ответы на них, — вполне реально. Но кому мы там нужны? Вот там украинские граждане в качестве равноправных точно никому не нужны.

А в России, как мы успели убедиться, радушных людей куда больше, чем равнодушных. Да и Господь не оставит Россию. А значит, и нас.


Источник