Владимир Путин традиционно принимает участие в заседаниях дискуссионного форума «Валдай», но если в первые годы в своих выступлениях он касался в основном вопросов внутренней политики, то в последние три года президент стал уделять больше внимания глобальным внешнеполитическим проблемам. Главные заявления Путина, сделанные на последних заседаниях «Валдая», — в нашем обзоре.

Терроризм

2014: «В ходе бесед с лидерами США, Европы постоянно говорил о необходимости совместной борьбы с терроризмом как вызовом мирового масштаба. И с этим вызовом невозможно мириться и невозможно его купировать, используя двойные стандарты».

2015: «Всему международному сообществу пора наконец понять, с чем мы имеем дело. По сути, с врагом цивилизации, человечества и мировой культуры, который несет идеологию ненависти и варварства, попирает мораль, ценности мировых религий, в том числе и ислама, компрометируя его. И не нужно играть в слова, делить террористов на умеренных и неумеренных».

2016: «Террористические группировки продолжают вооружать, снабжать, обучать в надежде использовать их, как и прежде, для достижения своих политических целей. Это очень опасная игра. Хочу еще раз обратиться к подобным игрокам: в данном случае экстремисты хитрее, умнее и сильнее вас, и, заигрывая с ними, вы всегда будете проигрывать».


Санкции


2014: «Санкции, конечно, нам мешают, этими санкциями нам пытаются навредить, блокировать наше развитие, подтолкнуть к самоизоляции в политике, экономике, в культуре, то есть к отсталости подтолкнуть. Но мир кардинально изменился. Мы не намерены от него закрываться и выбирать какой‑то путь закрытого развития, путь автаркии, всегда готовы к диалогу, в том числе и по нормализации экономических отношений, и политических тоже».

2015: «Санкции используются в том числе как инструмент недобросовестной конкуренции, чтобы потеснить или вовсе «выкинуть» соперников с рынков. В качестве примера приведу настоящую эпидемию штрафов в отношении в том числе и европейских компаний со стороны Соединенных Штатов. В ход идут надуманные предлоги, жестко караются те, кто осмелился нарушить односторонние американские санкции. <…> Так поступают с вассалами, которые осмелились действовать по своему усмотрению, — их наказывают за плохое поведение».

2016: «Мы видим, как жертвуют свободой торговли и используют так называемые санкции для политического давления. В обход Всемирной торговой организации пытаются формировать закрытые экономические альянсы с жесткими правилами и барьерами, где главные выгодоприобретатели — свои транснациональные корпорации».


Сирия


2014: «В Сирии, как в былые времена, Соединенные Штаты и их союзники впрямую начали финансировать и снабжать оружием боевиков, потворствовать пополнению их рядов наемниками из разных стран».

2015: «Наши военные на территории Сирии борются с терроризмом и в этом смысле защищают интересы сирийского народа. Но не только. В первую очередь они защищают интересы России и российского народа. <…> Наша цель — победить терроризм и помочь президенту Асаду одержать победу над террором и тем самым создать условия для начала и, надеюсь, успешного проведения политического процесса урегулирования».

2016: «Вот говорят, что в Сирии только умножается число террористов из-за действий России в Алеппо. Но разве с этого началось приумножение терроризма? Разве в Ираке были террористы? Близко не было террористов в Ираке до разрушения государственных структур страны. Как только их разрушили, сразу этот вакуум был заполнен. Кем? Террористами. Как только началась война в Сирии, а она началась задолго до нашего участия в этих событиях, там сразу появились террористы, и их начали снабжать оружием, воспитывать, науськивать на Асада. Их можно, как считают некоторые, направить [в нужное русло], а потом с ними разобраться. Ничего потом не будет. Не получится. В этом вся проблема».


Военные угрозы


2014: «Многие государства не видят других гарантий обеспечения суверенитета, кроме как обзавестись своей собственной бомбой. Это крайне опасно. Мы настаиваем на продолжении переговоров, мы не просто за переговоры — мы настаиваем на продолжении переговоров по сокращению ядерных арсеналов. Чем меньше ядерного оружия в мире, тем лучше».

2015: «Мир, мирная жизнь были и остаются идеалом человечества. <...> Проблема, однако, в том, что выход из накопившихся противоречий часто искали все‑таки через войну. А сама война служила средством установления новых, послевоенных иерархий в мире».

2016: «Постоянно штампуются угрозы вымышленные, мифические вроде пресловутой российской военной угрозы. <…> Конечно, очень приятно, подчас и выгодно выдавать себя за защитников цивилизации от каких-то новых варваров. Однако дело в том, что Россия ни на кого нападать не собирается. Да и смешно это. Немыслимо просто, глупо и нереалистично. В одной Европе 300 млн — и все члены НАТО. Общая численность населения стран НАТО 600 млн человек, в России — 146 млн. Просто смешно об этом даже говорить, но это все равно используется для достижения своих политических целей».


Украина


2014: «Вместо сложного, но, подчеркну, цивилизованного диалога дело довели до государственного переворота, ввергли страну в хаос, в развал экономики, социальной сферы, в гражданскую войну с огромными жертвами».

2015: «Я считаю, уже говорил об этом, что никакого другого пути, если мы хотим добиться долгосрочного мира на юго-востоке Украины и воссоздания территориальной целостности страны, никакого другого пути, кроме исполнения минских соглашений, не существует».

2016: «В минских соглашениях черным по белому написано — через 30 дней должно быть принято на Украине постановление, которое очертило бы географические границы районов, в которых бы начал действовать закон об особом статусе. Потому что единственное, чего не хватало, чтобы он начал работать, — это географических границ. Казалось бы, закон должен был сразу вступить в действие. Он был принят, проголосован и согласован с правительством республик. Но украинская сторона выпустила дополнение к этому закону, в котором написано, что закон выступит только после муниципальных выборах на этой территории, то есть отложил ключевой закон для урегулирования снова».


США


2014: «Холодная война закончилась. Но она не завершилась заключением «мира», понятными и прозрачными договоренностями о соблюдении имеющихся или о создании новых правил и стандартов. Создалось впечатление, что так называемые победители решили дожать ситуацию, перекроить весь мир исключительно под себя, под свои интересы».

2015: «Безусловно, Соединенные Штаты располагают огромным, самым большим в мире военным потенциалом, просто всегда трудно вести двойную игру. Объявлять о борьбе с террористами и одновременно пытаться использовать часть из них для того, чтобы расставлять фигуры на ближневосточной доске в своих интересах, как кажется, в своих интересах».

2016: «Я вот хочу задаться вопросом и вам этот вопрос задать: неужели кто-то всерьез думает, что Россия может как-то повлиять на выбор американского народа? Америка, что, это банановая страна, что ли? Америка — это великая держава. Если я не прав — поправьте меня, пожалуйста».

Источник